Кощей Бессмертный

Кощей Бессмертный — фигура русских народных сказок, собранных Афанасьевым в XIX веке. Он не демон и не бог, у него нет засвидетельствованного культа. Его имя связывали как со словом кость, так и с тюркским кошчи (пленник), хотя этимология остаётся нерешённой. Он предстаёт костлявым и скупым стариком, правящим далёким царством. В сказках он изображён как господин, похищающий героиню и держащий её во дворце. Эта характеристика отличает его от славянских божеств и помещает в область повествовательного фольклора. Источники Афанасьева, Ралстона и Кёртина документируют варианты, где его скупость и условное бессмертие определяют его роль повторяющегося антагониста.

Определяющая черта Кощея — душа, спрятанная вне тела в цепочке оболочек, которые герой должен разрушить по порядку. Смерть находится на острие иглы, игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в железном сундуке, зарытом под дубом на острове Буяне. Пока яйцо цело, никакая рана его не убьёт. Разбитое яйцо — и он умирает мгновенно. Обычно он ездит на чудесном коне. В нескольких сказках Баба-яга указывает герою, где Кощей прячет смерть, или даёт коня, способного его догнать. Источники Афанасьева, Ралстона и Кёртина подробно фиксируют эти варианты и показывают, что последовательное разрушение оболочек — единственный способ его победить.

Кощей — антагонист волшебной сказки: он похищает героиню и держит её, пока герой не разберёт оболочки его смерти. В цикле о Марье Моревне сама героиня, воительница, держит его закованным в подвале; освобождённый по неосторожности Ивана-царевича, он в свой черёд похищает её, и последующая погоня решается между чудесными конями. Его конь — из табуна Бабы-яги: он получил его, три дня пася кобылиц ведьмы, — ту же службу потом повторяет герой, чтобы добыть единственного коня, способного его догнать. Этот уговор — вся связь между ними: каждый царит отдельно, в своей области сказки. У Кощея нет засвидетельствованной родословной, и он не назван роднёй ни одной другой фигуре. Версии Афанасьева, Ралстона и Кёртина сходятся в главном: его гибель всегда идёт через разбитое яйцо, и эта условная бессмертность держит напряжение всех сказок, где он действует.